Від партнерів


Реклама


загрузка...

Обмежити пошук фільтруванням:


Лев Владимирович Рубинштейн. Исторические рассказы. Ветер и знамёна

0
— Лонья сегодня хорошо играл. Лонья играл на пять… — Фрейлейн Штауб задумалась и добавила: — С минусом!
— Почему же с минусом?
— Один си бемоль не брал во второй октаве.



Лев Владимирович Рубинштейн. Исторические рассказы. Дайте место Фигаро!

0
Двурогий серебряный месяц повис над итальянским городком Чепрано. На тёмно-синем небе торчали зубцы тюремной башни. Каменные улочки то ползли вверх ступеньками, то падали по крутому спуску и вливались в маленькую площадь, выложенную плитами.



Лев Владимирович Рубинштейн. Исторические рассказы. Источник не иссякает

0
Каждый город звучит по-своему. Петербург представлялся Чайковскому увертюрой-фантазией. Высокие грозовые тучи над золотыми шпилями рисовались в виде набегающих волн тромбонов и труб. Побочной темой могла бы быть фраза скрипок, означающая сумеречную мглу и затаённые мечтания.



Лев Владимирович Рубинштейн. Исторические рассказы. Музыка его сердца

0
В Александрийском театре в январе 1837 года давали «Фенеллу». Зал был битком набит. К началу увертюры седой театральный служитель проводил ко второму ряду с левой стороны гусарского корнета небольшого роста. Судя по достойному, но подчёркнутому поклону служителя, он получил за кресло деньги немалые. В кассе билетов не было.



Лев Владимирович Рубинштейн. Исторические рассказы. Неблагодарная смуглянка

0
Пассажиры дилижанса, который ехал из Саламанки в Торо, перешёптывались, глядя на мальчика лет десяти, одетого в бархатный костюм с широким кружевным воротником и широкополую шляпу с пером:
— Что это за мушкетёр? Малолетний д’Артаньян?
— Посмотрите на его торжественное лицо! От самой Саламанки ни слова не сказал!
— Вероятно, из циркачей, — предположила пожилая дама с корзинкой, набитой бутербродами. — Послушай, мальчик, не хочешь ли копчёной колбаски с перцем?
Мальчик встал и изящным жестом приподнял шляпу над головой.



Лев Владимирович Рубинштейн. Исторические рассказы. Опьянение жизнью

0
Пасхальная неделя 1842 года была дождливая, и афиша обмякла. Проезжавшие мимо великосветские кареты и обывательские дрожки забрызгали её апрельской грязью, но из окна гостиницы всё ещё видны были крупные буквы: «Франц Лист».
Слуга Листа собирал такие афиши в Берлине, Вене, Лондоне, Милане, Женеве, в сотне других городов. На всех языках извещалось, что Лист выступит, выступит, выступит… то в большом зале, то в малом зале, то в гостиной, то в павильоне, то в доме такого-то, то просто в помещении.



Лев Владимирович Рубинштейн. Исторические рассказы. Рождение века

0
Новый мост — это самый старый мост в Париже. Его построили во времена «старого волокиты», короля Генриха Четвёртого, и для того чтобы парижане никогда не забывали об этом, возле моста установили конную статую короля.



Лев Владимирович Рубинштейн. Исторические рассказы. Сеньор дон Мигель

0
Жёлтый камень, синие тени. Однообразная равнина с резко очерченными контурами деревень и колоколен. Мерный, неторопливый перебор копыт. Неожиданный вопль погонщика мулов: «Каринья, Грасиоса, Чикота — анда-а!» Последнее «а» протяжное и переходит снова в перебор копыт.



Лев Владимирович Рубинштейн. Исторические рассказы. Человек в степи

0
Учитель стоял возле колодца и прислушивался. Буран бушевал вторую неделю. Не было видно ни здания школы, ни забора, ни степи — ничего, кроме белых сумерек. Монотонно дребезжали стёкла в окнах школы, и свирепствовал снег. Было тридцать градусов ниже нуля.



Лев Владимирович Рубинштейн. Исторические рассказы. Этюд в сером

0
Опять и опять облака. Самое непостижимое в них — это движение, которому нет ни начала, ни конца.
Ученик Парижской консерватории Клод Ашиль Дебюсси лежал на спине в лесу возле имения Плещееве, Московской губернии.

Отримати сертифікат

Користувацький вхід

Цікаво


загрузка...